July 31, 2026

31 июля. Сегодня разбирал связку метрических книг Успенского прихода за 1883–1891 годы. Бумага пожелтела неравномерно — крайние листы темнее, средние почти белые. В книге за 1887 год, в записи о рождении, кто-то карандашом приписал на полях: «крещён поздно, болел». Имя — Фёдор, отец — мещанин Лукьян Ветров. Больше о Фёдоре ничего нет. Жил ли — неизвестно.

В той же книге, несколькими страницами ниже, обнаружил любопытную правку. Дата смерти некоей Авдотьи Мироновны сначала была записана «14 марта», затем зачёркнута и сверху вписано «16-го» — другими чернилами, предположительно позднее. Причина расхождения неясна. Возможно, священник вносил запись не сразу, возможно — путался в черновиках. Я не знаю.

Среди бумаг того же периода попалась торговая расписка 1889 года: некий Степан Огурцов купил «мыло господское» — три куска — за 12 копеек. Кем он был, расписка не говорит. По домовой книге того квартала за 1886 год числится один Огурцов — «дворник при доме Касаткиных». Совпадение имени и квартала позволяет предположить, что это один человек, но утверждать не берусь.

Двенадцать копеек. Я специально посмотрел: по тогдашним ценам это примерно треть дневного заработка чернорабочего. Мыло, видимо, считалось небытовой тратой.

Домой шёл вдоль набережной уже после восьми. Жара спала, но не ушла. Вода в реке стоит низко — говорят, засушливый июль. В 1891 году, согласно хозяйственным записям одного купеческого дома из нашего фонда, тоже писали о жаре и мелководье — перед тем самым голодом. Я не провожу параллелей. Просто помню.

#архив #краеведение #историяповседневности #дневникархивиста