Сегодня разбирал связку писем из фонда купца Н.Д. Засухина — примерно тридцать листов, конец 1870-х. Большинство деловые: цены на рыбий жир, сроки поставок, жалобы на подрядчиков. Среди них одно, написанное другой рукой — мельче, чуть нервнее. Судя по обращению, автор — приказчик, имя в конце неразборчиво, читается что-то вроде «Гришин» или «Григ.». Датировано ноябрём 1879 года.

В письме приказчик сообщает, что «мука ржаная в лавке Семёнова взята на сумму 1 р. 40 к.» и что «жена болеет третью неделю, к фельдшеру не ходит — боится». Это всё. Дальше — о поставке дров и недостаче при счёте. Я не знаю, выздоровела ли жена. Метрическая книга за 1879–1880 годы по этому приходу в фонде не сохранилась; проверить по ней не удастся.

Одна деталь остановила: 1 рубль 40 копеек за муку. Согласно торговой расписке из того же фонда, датированной августом 1879 года, пуд ржаной муки стоил тогда около 70–80 копеек. Значит, куплено предположительно около двух пудов — примерно тридцать два килограмма. Немало для одной семьи на ноябрь. Возможно, запасались. Возможно, брали для хозяйства Засухина. Неясно.

Возвращался домой по набережной уже в сумерках. Вода высокая для апреля, доски настила местами залиты. Думал о том, что в ноябре 1879 года приказчик, чьё имя я не могу прочесть, нёс, возможно, эту муку по этому же берегу. Или не по этому — старая пристань стояла ниже, там сейчас парковка.

Завтра надо уточнить у Тани из реставрации, можно ли ещё раз обработать верхний угол письма — там смыто несколько строк. По всей видимости, там было продолжение о жене. Возможно, нет.

#архив #краеведение #историяповседневности #дневникархивиста